Why David’s Son Is His Lord

In Matthew 22:42-46 Jesus asks the Pharisees:

“What do you think about the Christ? Whose son is he?” They said to him, “The son of David.” He said to them, “Then how does David in the spirit call him lord, saying, ‘The LORD said to my lord, “Sit at my right hand until I put your enemies under your feet”’? Therefore, if David calls him lord, how is he his son?” No one was able to offer him a word in answer, nor did anyone dare from that day on to ask him any more questions.

The implication of Jesus’ question — how can a descendant occupy a position superior to his ancestor? — has an interesting parallel in the story of Joseph in Genesis 37:9-11. Jacob initially rebukes the extraordinary idea represented by Joseph’s dream: the younger son would somehow be elevated above the rest of the family.

The Word Biblical Commentary notes that the Hebrew word translated “rebuked” means “reprimanded” and is frequently used of God rebuking nations or the wicked:

“It is an expression of great authority, often as here tinged with anger…. Despite his deep affection for Joseph, Jacob feels that this time he has gone much too far.”

Yet Jacob did not simply dismiss the dream. Genesis specifically says that “his father kept the saying in mind.”

Why?

Because dreams could function in Scripture as a means of divine revelation, and Jacob himself certainly knew what it was like for God to reveal His purposes through dreams. In other words, Jacob did not totally dismiss the possibility that God had extraordinary future plans for his son.

The Cambridge Bible for Schools and Colleges similarly says that Jacob “secretly cherished a presentiment of its fulfilment,” pointing forward to Genesis 42:6:

“Now Joseph was the ruler over the land; he was the one who sold to all the people of the land. And Joseph’s brothers came and bowed down to him with their faces to the ground.”

The very brothers who had mocked the prospect of Joseph ruling over them now bowed before him. The principle is now made visible: God can exalt a younger descendant to a position of authority over those who naturally preceded him. That helps us understand Jesus’ question in Matthew 22.

The Bible Knowledge Commentary notes concerning Matthew 22:44 that, in the Jewish culture of the time, for a father or ancestor to call his descendant “lord” would have appeared inconceivable. Yet Scripture itself demonstrates that God can overturn the normal hierarchy through His own sovereign appointment. Jesus therefore silenced his opponents by confronting them with something they had failed to reconcile: the Messiah is genuinely David’s son, yet God exalts this son of David so highly that David prophetically calls him “my lord.”

And Psalm 110:1 tells us exactly what sort of “lord” he is:

“Yahweh says to my lord [adoni]: ‘Sit at My right hand until I put Your enemies as a footstool for Your feet.’”

The Hebrew is adoni — “my lord,” my human superior — not Adonai, the title used for the Lord God. So David is not calling his descendant Yahweh. Yahweh is the first LORD in the verse. He tells David’s lord to sit at His right hand until He puts his enemies under his feet.

Peter later makes precisely this point. After quoting Psalm 110:1 in Acts 2, he concludes:

“Therefore let the whole house of Israel know with certainty that God has made him both lord and Messiah — this Jesus whom you crucified” (Acts 2:36).

God made Jesus Lord.

There are other biblical examples that make the cultural point even clearer. When Solomon became king, his own mother Bathsheba “bowed and prostrated herself before the king” (1 Kings 1:31; compare 2:19). Solomon remained her son, but his God-given royal office placed him above her in rank.

And Jacob repeatedly addressed his own brother Esau as “my lord” and called himself Esau’s “servant,” while bowing to the ground seven times (Gen. 33:3, 8, 13-15).

So there is nothing inherently divine about being called someone’s “lord,” nor is there anything impossible about God elevating a younger person or descendant above someone who naturally preceded him.

That is precisely the point the Pharisees could not answer.

How can the Messiah be David’s son and yet David’s lord?

Because the God of David exalts David’s human descendant above David himself.

The answer is sitting there in Psalm 110:1: the LORD, Yahweh, is God, and David’s adoni is his exalted descendant, told to sit at God’s right hand.

Adonai adoni Misreporting List

All Known Documented Cases of Misreporting adoni as Adonai in Psalm 110:1

NOTE: The “Church Fathers” do not identify the second lord in Ps 110:1 as Adonai, mainly because they used the Septuagint Greek and, later, the Latin Vulgate translation.

1. c. 1180–1200 — Thomas Cisterciensis, Commentarium in Cantica Canticorum: “invocat Christum Adonai.”
2. c. 1498 — Jan Lubrański manuscript tradition
3. YHWH represented as speaking to Christ as “Adonai.” Secondary manuscript attestation.
4. 1555 — John Calvin, Gospel Harmony on Matt. 22:44: “not the essential name of God, but only Adonai.”
5. 1655 — John Owen, Vindiciæ Evangelicæ; or, The Mystery of the Gospel Vindicated and Socinianism Examined: “Adonai, Ps. cx. 1” among divine names applied to Christ.
6. 1683 — Thomas Goodwin, A Discourse of the Knowledge of God the Father, and His Son Jesus Christ: “Jehovah unto Adonai.”
7. c. 1776 / 1784–1786 — Ambrose Serle, Horae Solitariae: “We find him addressed under this appellation by Jehovah the Father, in Psalm cx. 1: Jehovah said unto my Adonai.”
8. 1817 — Adam Clarke, The Holy Bible, Containing the Old and New Testaments, with a Commentary and Critical Notes: “The Lord … said unto my Lord, Adni or Adonai…” Psalm commentary: “Jehovah said unto my Adoni.”
9. 1817 — Edward Bickersteth, A Scripture Help, Designed to Assist in Reading the Bible Profitably: “The word Lord in the common characters, is, in the original, Adonai… The distinction… may be observed, Psa. 110:1.”
10. 1828 — Robert Hawker, The Poor Man’s Concordance and Dictionary to the Sacred Scriptures: “JEHOVAH said unto my Adonai.”
11. 1834–1835 — Joseph Sutcliffe, A Commentary on the Old and New Testament: “Jehovah said to my Adonai.”
12. 1860 — A. A. Hodge (Archibald Alexander Hodge): “He is here called David’s Lord (Adonai), and invited to sit at the right hand of Jehovah…”
13. 1865–1885 (series) — Charles Spurgeon, The Treasury of David: “‘The Lord said unto my Lord.’ Jehovah said unto my Adonai…”
14. “How condescending on Jehovah’s part to permit a mortal ear to hear, and a human pen to record his secret converse with his co-equal Son!”
15. “Though David was a firm believer in the Unity of the Godhead, he yet spiritually discerns the two persons, distinguishes them, and perceives that in the second he has a peculiar interest, for he calls him ‘my Lord.’”
16. 1866 — Jamieson, Fausset and Brown, A Commentary, Critical, Experimental, and Practical on the Old and New Testaments: “The other word translated ‘Lord’ — אדני ’Adonāy — means one who has rule or authority…”
17. “The phrase ‘my Lord’ refers to someone who was superior in rank to the author of the psalm.”
18. 1874 — F. W. Farrar, Life of Christ: “The Lord (Jehovah) said unto my Lord (Adonai), Sit thou on my right hand.”
19. 1875 — William Burt Pope, The Person of Christ: Dogmatic, Scriptural, Historical: “The former ‘Lord’ is Jehovah, and the latter Adonai.”
20. 1889 — H. D. M. Spence-Jones and J. S. Exell (editors), The Pulpit Commentary: St. Luke: “The Hebrew runs thus: ‘Jehovah said to my Lord (Adonai).’”
21. c. 1890 / 1902 printing — F. W. Farrar, Luke: “Jehovah said to my Lord (Adonai).”
22. 1896 — Edward Dennett, The Name Above Every Name: “The Lord [Jehovah] said unto my Lord [Adonai]…”
23. 1896 — Alfred Plummer, A Critical and Exegetical Commentary on the Gospel According to St. Luke: “In the Hebrew we have two different words for Lord: ‘Jehovah says to Adonai.’”
24. 1909–1922 — E. W. Bullinger, The Companion Bible: “my Lord = Adonai, Ap. 4.8: i.e. David’s Lord: i.e. the Messiah. Cp. Matt. 22.41-46.”
25. 1917 — C. I. Scofield: “The LORD (Jehovah) said unto my Lord (Adonai).”
26. 1924 — G. Campbell Morgan, The Acts of the Apostles: “it would be a good thing to retain the Hebrew form — ‘Jehovah saith to Adonai.’”
27. 1933 — William Childs Robinson, “Jesus Christ Is Jehovah,” Evangelical Quarterly: “the Lord Adonai at the right hand of Jehovah.”
28. 1947 — G. Campbell Morgan, Notes on the Psalms: “Jehovah said to Adonai.”
29. 1949 — Walter Drum, Encyclopedia Americana: “In Psalm 110:1 ‘Yahweh said to Adonai, Sit thou at my right hand.’” “This passage is cited by the Christ to prove that he is Adonai seated at the right hand of Yahweh…”
30. 1956 — V. A. Spence Little, The Deity of Jesus Christ: “The Lord (Jehovah) saith unto my Lord (Adonai).” The author subsequently describes this “Lord Adonai” as a “Divine Personage.”
31. 1965 — Reginald H. Fuller, The Foundations of New Testament Christology: “in the Hebrew the first ‘Lord’ is the tetragrammaton, the second [the king] is Adonai.”
32. 1975 — Herbert Lockyer, All the Divine Names and Titles in the Bible: “Here, Jehovah speaks to Adonai words that are properly applied to Christ.”
33. 1979 — Michael Green, Evangelism Now and Then: Jesus given “the name Adonai, Lord.”
34. 1983 — Robert Sumner, Jesus Christ Is God: David called Christ “‘my Lord’ using one of the names of deity, Adonai.” “Lord translates the Hebrew Adonai/adonay, used only of God.”
35. 1983/1985 — The Bible Knowledge Commentary: New Testament (editors John F. Walvoord and Roy B. Zuck): “‘Lord’ translates the Hebrew adonay, used only of God.” “If the Messiah were simply an earthly son of David, why did David ascribe deity to Him?”
36. 1983/1989 — Larry Hurtado, New International Biblical Commentary / later Understanding the Bible Commentary: “The first Lord is the Hebrew name for God [Yahweh]; the second Lord renders Adonai, roughly equivalent to the English ‘Sir’ or ‘Lord,’ and the Greek Kyrios.”
37. 1988, 2000 — Paula Fredriksen, From Jesus to Christ: The Origins of the New Testament Images of Jesus: “The Lord [kyrios; Heb. YHWH] said to my Lord [kyrios; Heb. Adonai]…” 2nd ed.: David himself, inspired by the Holy Spirit, declared, “The Lord [kyrios; Heb. YHWH] said to my Lord [kyrios; Heb. adonai], Sit at my right hand, until I put your enemies at your feet.” David himself calls him Lord; so how is he his son?” (Mk 12:35–37).
38. 1990 — James D. G. Dunn, Unity and Diversity in the New Testament: “The Hebrew of Ps. 110.1 uses two different words — Yahweh and Adonai.”
39. 1992 — Craig Blomberg, Matthew, New American Commentary, vol. 22: “the second ‘Lord’ (Heb. adonai, not Yahweh) can only be the Messiah.”
40. 1993 — Ron Rhodes, Reasoning from the Scriptures with the Jehovah’s Witnesses: “David’s reference to ‘my Lord’… points to… Deity… since ‘Lord’ (Hebrew Adonai) was a title for deity.”
41. 1995 — Ryrie Study Bible: “David hears a conversation between the LORD (Yahweh, God the Father) and David’s Lord (Adonai, the Messiah)…”
42. 1998/1999 — Norman Geisler, Baker Encyclopedia of Christian Apologetics: “Although the doctrine of the Trinity is not as explicit in the Old Testament as the New Testament, nonetheless, there are passages where members of the Godhead are distinguished. At times they even speak to one another (see Ps. 110:1).” “The Lord (Yahweh) speaks to my Lord (Adonai).”
43. 2003 — Thomas Constable, Dr. Constable’s Expository Notes on Psalms: “LORD (Yahweh) refers to God the Father and Lord (adonay) refers to God the Son, the Messiah or Anointed of God.”
44. 2004 — William Varner, The Messiah: Revealed, Rejected, Received: “A literal translation… ‘Yahweh said to my Adonai.’”
45. 2007 — R. C. Sproul: “Yahweh calling somebody else ‘Adonai.’”
46. 2013 — Charles Quarles, A Theology of Matthew: Says “Lord” may translate Hebrew Adonai.
47. 2013 — Bob Utley: “The second term… reflects the Hebrew Adonai.”
48. 2013 — TLV Psalms with Commentary: Hope and Healing in the Hebrew Scriptures: “‘my Lord’ is literally ADONAI.”
49. 2015 — Amplified Bible, note on the second “Lord” in Acts 2:34: “In Ps 110:1 Heb Adonai.”
50. 2019 — David Guzik, Psalms 81–118: “The fact that Yahweh — the LORD… spoke to one that David himself called Lord (Adonai) demonstrates that both Yahweh and Adonai mentioned in this verse are God.”
51. 2020 — Justin Dillehay / The Gospel Coalition: “my Lord [Hebrew, Adonai].” Contemporary — Matthew Emadi / The Gospel Coalition: “my Lord [Adonai]”; “David’s Lord (Adonai).”
52. 2023 — John Piper: Calls the generic second “Lord” adonai.
53. 2024 — Scott Brazil, Jesus and YHWH-Texts in the Synoptic Gospels: “in Psalm 110, the first ‘Lord’ translates YHWH and second translates Adonai…”​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

This Thing Called Courage by Barbara Buzzard

The value of a hard question is very great. It forces us to focus on how we would answer it. And it might cause us to reflect on it, honestly and somberly. This Christian life of ours was never meant to be easy.

The Courage of Our Convictions

I have written about courage not because I imagine that I have it, but because I know I am weak in that area. This would be one of those hard questions I have to ask myself. It is very sobering to know that in Revelation cowards are the first to be thrown into the lake of fire. God is not mocked, nor is He fooled. He hates cowardice and so should we, especially our own. A valuable theological lesson for us all is that we must hate what God hates and love what He loves. I note that the KJV obscures the word “coward,” not even using the word but instead softening it to “timid” or “faint hearted.” And yet in the Scriptures the lost are referred to as cowards. So cowardice in Scripture is a big deal, a very big deal. It is said of God that He takes no pleasure in anyone who shrinks back.¹

How do we possibly survive with all that the world has to throw at us — with all that is being fed to us by the influencers at work — without the courage of our convictions?

Courage is rare — exceedingly rare. It seems that we all have a predisposition towards cowardice. Perhaps we are all cowards at heart. But we must not remain so. That is a freedom we don’t have as Christians. Being timid (!) in the faith is not an option. Being part of the herd is not an option. It might be one of Satan’s biggest lies — to hide from us the fact that courage is required.

Think about what fear does: “The fear of human opinion disables”² (The Message). As Scripture says, fear of man is a snare, a trap — we are trapped by what others think. And yet, more than 500 times we are told not to be afraid. Fear paralyzes, inhibits, and excuses us from doing what we should. It is like an acid which corrodes us and leaves us disabled.

Dangerous Detours

Courage is not shown in maintaining the status quo and peace at all costs. Courage is certainly not in “keeping your head down.” I am confident that Jesus would not approve of trudging through life with your head down. According to Scripture we enter through a narrow gate (Matt. 7:13), but some are continually and persistently and aggressively trying to widen that narrow gate. There is no widening of that narrow gate allowed biblically, even though we are being bombarded by efforts to be inclusive.

Pastors are in danger here as they are subject to “keeping the peace” and maintaining the equilibrium of the group, but as one person said to us: “My pastor is bought and paid for.” Which is to say that the pastor will not go against what his elders instruct him either to say, or not to say. Which is to say that he cannot preach the Truth unless it is acceptable to them. Which is to say that pastors, too, must work to overcome cowardice and to develop courage.

We Must Not…

One of our most serious responsibilities as Christians is to discern good and evil. Scripture emphasizes most strongly and repeatedly that we must not call evil good or good evil. The discernment necessary to judge what is good and what is evil seems to be a required addition to our character.

One of the Christian’s gravest responsibilities is to discern when he is being lied to. An evil that looks “neutral” or “tolerable” or “necessary” should be seen for what it is — evil. We must seriously address Scripture’s emphasis and in fact, its commands: not to call evil good and good evil. I was actually quite shocked when I first saw the importance of this in Scripture. “One who justifies the wicked and one who condemns the righteous are both alike an abomination to the LORD.”³ We must not be caught in that camp. This instruction is repeated several times over.⁴ “Abomination” is a very strong word. It cannot be a part of a Christian’s conduct. “Blessed are those who have no reason to condemn themselves because of what they approve.” Please meditate on those words.

But wait! We have a dilemma here! We are told both by society and by many Christian leaders that judging is the very thing we must not do! If there is anything more widely known than the ubiquitous “Do not judge,” I don’t know what it is. Along with it is the unbiblical “Who am I to judge?”

Doing Justice

Consider the following Scripture: “Do not judge and you will not be judged.”⁵ You will hear it over and over and over again. And they are Jesus’ words! But Jesus’ intention is that we judge rightly, not that we condemn. Jesus is warning against self-righteousness and hypocrisy. Have you noticed that those saying that one mustn’t judge are in fact making a judgment? We must judge to discern the true from the false. We do not believe that Jesus said one thing but practiced another. Just a few verses after saying this, Jesus speaks of not throwing your pearls before swine — which would, of course, indicate that you discern if they are swine or not. Think of this: What kind of moral and ethical vacuum are you operating in when you refuse to judge? And what disaster there would be if we were to misunderstand Jesus? (As we have done.) The idea that we not judge between Truth and error would lead to a kind of mental anemia, and even more seriously, to turning our backs on Truth.

Could it just be that we have this all wrong? The popular culture in tandem with many church leaders has waved away God’s requirement for discerning judgment. But in reality, justice has to do with love. Loving justice and desiring to have a role in it are the natural end products of hating evil, which is commanded for us: “Hate evil and love what is good.”⁶ Hatred of evil is in fact, according to Romans 12:9, the mark of a true Christian, and please note that it cannot happen without judgment as to what is evil.

The entire Bible is a book about how to judge. It tells us what is good and what is evil, what is right and what is wrong, what is moral and what is immoral, what to practice and what to stay away from. Doing justice is not a forbidden, angry sort of behavior. In fact, it goes hand in hand with walking humbly and loving kindness! It is far from being unloving, harsh, and finger pointing. “What does the LORD require of you but to do justice, and to love kindness, and to walk humbly with your God.”⁷

Is Judging a Moral Obligation?

One writer⁸ points out that it is on the subject of homosexuality that many Christians fall apart and want to find harmony between a Christian view and a worldly view. No such harmony exists. No blessing of both sides exists. He uses the example of standing on earth at the same time as standing on the moon — it is impossible. In agreeing with society’s morality, one automatically leaves the Christian view behind, because the two are in direct opposition to each other. Attempts to appease, harmonize, soften, or to make the unbiblical excuse that we are not to judge on such matters will open us to the charge of cowardice. How so? Because we have at this point compromised Scripture so as to fit in with current thought. Hard question: What are the demands of your faith? What is your moral obligation here?

Regrettably we have arrived at the point where this has to be said: opposing evil is not wrong. Not to judge is to give a pass to a condition or situation or behavior that the Bible condemns.

When you think about it, it’s not really judging that people have a problem with — it is judging negatively. For example, hardly anyone would get upset if something positive is said about another’s behavior, even though in doing so we have passed judgment. But that kind of judgment which is affirming is seen as OK. Only when a judgment is disapproving is there a problem and you will hear, “We are not to judge.”

As we must train and practice and train and practice and train and practice in discernment, so must we train in right judgment. Think of Olympic athletes and the countless hours dedicated to their training. How can we become fit for the huge responsibility and reward of judging individuals and even angels in the Kingdom? We must exercise sound judgment in this life so as to grow in wisdom and exercise that wisdom in the future Kingdom.

Scripture indicates that we have gone wrong in failing to judge error. And we have gone wrong in failing to judge ourselves.⁹

In an effort to protect myself from being misheard and/or misunderstood — please know:

• Superficial judgment is wrong.
• Hypocritical judgment is wrong.
• Harsh, unforgiving judgment is wrong.
• Judging someone’s motives is wrong.
• Judging as to whether someone is saved is wrong.

We are “always to be gentle to everyone.”¹⁰ Probably the most important aspect of all of this is that it must be done with humility and with love.

A Big Surprise

One of the greatest gifts a parent could give his/her children is the idea and example that it is to their good that they are different from the crowd. It would be a blessing to drum into their heads that it is good that they are different from the rest of the world, that they stand apart from the crowd. I know that this is very difficult because the pull is to be just like everybody else. Our culture values conformity. Our God does not! Not only are we not to act as everybody else, but the stakes have been raised so that we are told, “Do not think like everybody else.”¹¹ Strength of character is shown by standing against the crowd.

Here is the surprise: “The word holy, then, does not mean particularly religious. What it actually does mean, essentially, is ‘different.’ It speaks of something or someone being distinctive, set apart and separate.”¹² In our pursuit of life — or as our Constitution says, pursuit of happiness — we must not, we dare not adopt the attitudes and ways of those who do not reverence God.

“For Israel, then, being the people of Yahweh meant being different too. When God said, ‘You shall be holy because I, the LORD your God am holy,’ what it meant, colloquially, was ‘You must be a different kind of people because I am a different kind of God’…Israel would be a nation among other nations, but they were to be holy – i.e. different from the rest of the nations.”¹³

There is great danger in being in the majority. Let us never forget that it was the majority, the crowd who crucified Jesus!

ABORTION and Moral Clarity

A couple of desperately hard questions: Could good people bless evil? Could Christians bless evil?!

I repeat that I must continually fight against cowardice in myself. I am not holding myself up as a model. But I CAN see where courage is NOT. Courage is not in any church that refuses to speak out on the horror of abortion. There is no case for abortion. I feel compelled to include this whenever I speak or write because abortion is “the most significant, serious, dreadful reality in the history of the world.”¹⁴ I have to stand against this evil. Abortion is not just a sin; it is murder. What have we come to if you do not or cannot say that abortion is murder, and that it is sinful, that it is perhaps the greatest sin any human being can commit? What, as Christians, do we say about this greatest moral evil of all time?

Believers used to draw hard lines and not cross them, but it feels like that was something from yesteryear. What has happened here is that the focus in church is to make people feel welcomed and loved (and that is important), but the loving action of helping them to see the evil in our world, and warning them to hear and fear and become aware of their sinful nature (with a view to their repentance) is missing. The tone has changed, revealing a monumental shift in the philosophy of church going.

Many pastors have chosen not to speak out against the horror of abortion; they are hesitant and reluctant to become involved. I am struck by the Isaiah verse which says, “Don’t ask me to get involved” (Isa. 2:7b). Does that not sound current? “All of them [your leaders]…refuse to defend the orphans and the widows” (Isa. 1:23b).

I have to wonder — if pastors don’t stand for the innocent, who should do it? And isn’t it true that a few honest words can change the direction of someone’s life? Could it be that acceptance and toleration¹⁵ of even the thought of abortion is an indication, a fruit of a reprobate mind? (Remember our Moloch-worshipping history.) Ongoing sin causes the mind and the conscience to shut down. Might it be that the hideous act of abortion is in itself a judgment?

Listen to the words of the man who led the abortion culture in the U.S. He oversaw and performed tens of thousands of abortions. After he repented, he refers to his previous life as moral squalor, and he admits to making up and promoting the lies that Roe v. Wade used. The whole of the case was founded on lies. Lies are a feature of evil. Bernard Nathanson says that he fell into shameless debauchery. Listen to his words as he describes his journey into the Satanic world of abortion:

“As I look back across the 25 years separating me from the revolting extravaganza playing itself out on the bodies of pregnant women and their slaughtered babies, I am struck by the moral and spiritual vacuum at the core of this fantastic operation. And yet the thing was so obviously sordid. Why couldn’t we make the link between the ethical and the moral, between the shoddy practices and shabby practitioners, the evident greed and callous motives, between the crassness of the enterprise and those involved in it, between all these ethical indicators and the grotesque immorality of the act itself?”¹⁶

The Greek word brephos is used in Scripture of both children in the womb and those outside the womb. There is no difference. Pre-born children are not disposable. Without question the Bible recognizes life in the womb.

Biblically those who do not oppose the sin of abortion are as guilty as those who actually perform the killing. Could it be a theological deformity to think otherwise?

I hasten to add that repentance and God’s wonderful forgiveness cover all who have been involved in abortion and have repented.

Silence Please — OR NOT!

Could silence be a violation of our faith? Are we free to overlook murder or other evil in our midst?

Reason and speech are gifts of God to enable us to think. There is little that is more dangerous for a Christian than indifference. Indifference is a Laodicean quality which is not pleasing to God and it comes with perils. As we are warned not to be lukewarm, i.e. it is better to be either hot or cold, so it is with evil. How can one be indifferent to the murder of an innocent life by way of abortion?

Yes, in this country we have the right to remain silent, but I would argue — not as a Christian. Why? Because as Martin Luther King taught, “Our lives begin to end the day we become silent about things that matter.”¹⁷ This architecture of silence is unbiblical. As we must watch ourselves and our doctrine, so we must do what is advised here: “See at any rate, that I do not lend myself [my support] to the wrong which I condemn.”¹⁸ We do lend ourselves to evil unless we speak out against it.

This is a powerful picture: “And yet even in the face of this abomination, the churches of America, the pastors of America, are silent. Where is the cry of outrage? Where is the indignation of the people of God?”¹⁹ Is there any way under God’s heaven that you can stand for or defend the taking of sixty million innocent lives? Or even one?!

We are all aware of those who impose their views on others. I’m not talking about them. I’m talking about Jesus-centered people. Shouldn’t people know what we believe — and how fervently we believe it? “In the end, we will remember not the words of our enemies, but the silence of our friends.”²⁰

These are some of the most profound words ever spoken. “Silence in the face of evil is itself evil; God will not hold us guiltless. Not to speak is to speak. Not to act is to act.”²¹

Conclusion

We must build practices that keep us from falling prey to those who are attempting to deceive us. As our world has distanced itself from the Bible, it becomes even more important to be courageous in standing for our beliefs.

God wants far more from us than just good deeds. He wants our participation in the faith. He wants our dedicated minds, our passionate stand for Truth. God’s people should respond. And we are to share what understanding we come to from practicing discernment and critical thinking about these subjects.

It is right that God’s people raise their voices in protest to godless trends. It is right that they join the urgent battle to save those unborn lives that are fashioned in the image of God. Doing less would be tantamount to surrender; it is capitulation to the “evil one.”

Again, it was never meant to be easy. The battle for Truth is on, and we must be in the fight. And so, one of those hard questions: What is your participation with the faith?

And one last hard question: If we don’t have the same faith as Jesus, what is the point? Churches can manufacture belief systems that seem to work, but at the point of comparison to Jesus, they fall so short that Jesus doesn’t even recognize them. We must constantly be on the alert and compare our faith to that of Jesus’ teaching. We are not free to make a substitution for what Jesus said is the greatest commandment.

We are called to witness, which means more than just to see. It means to speak. Speaking is critical because it is a way of safeguarding Truth. Bearing witness is not optional. Integrity demands that we do so. We are not allowed to dodge the hard stuff.

Silence is unacceptable. We are to be “acceptable in His sight.” Remember the thought as expressed in Psalm 19:14: “Let the words of my mouth and the meditation of my heart be acceptable to You, O LORD.”

I will finish with this: One of the very practical ways that we can use Truth is to teach others to be fair and wise and discerning, and to be active in the faith.

Jude 3: “I find it necessary to write and appeal to you to contend for the faith that was once for all entrusted to the saints.”

The bottom line: Cowards don’t contend for the faith!

Let us proceed with courage.

---

Footnotes

¹ Heb. 10

² Pro. 28:25

³ Pro. 17:15, also Pro. 24:24, Isa. 5:20, Mal. 2:17

⁴ Rom. 14:22b

⁵ Mat. 7:1

⁶ Amos 5:15a

⁷ Micah 6:8

⁸ Matt Walsh, Church of Cowards

⁹ John 7:24 “Do not judge by appearances but judge with right judgment.” Rom. 16:17, Luke 7:43b “And Jesus said to him, You have judged rightly.”

¹⁰ Titus 3:2

¹¹ Isa. 8:11

¹² Knowing Jesus through the Old Testament, p. 203

¹³ Ibid.

¹⁴ R.C. Sproul

¹⁵ The words “tolerance” and “toleration” are not used in Scripture. Tolerance is currently seen as a good thing, but that doesn’t fit with biblical standards. The word “tolerable” can be seen in relation to Sodom.

¹⁶ Dr. Bernard Nathanson, The Hand of God

¹⁷ Martin Luther King

¹⁸ Thoreau, Civil Disobedience

¹⁹ Dr. Laurence White, The Sin of Silence

²⁰ (Attributed to Martin Luther King, Jr.)

²¹ (Dietrich Bonhoeffer)

¿Tres dioses? El dilema de la Trinidad

En su carta A Ablabio: Sobre «No tres dioses», Gregorio de Nisa, uno de los principales arquitectos de la teología trinitaria del siglo IV, aborda abiertamente una pregunta difícil: Si la consustancialidad basta para hacer del Padre, del Hijo y del Espíritu Santo un solo Dios, ¿por qué el mismo razonamiento no hace de Pedro, Santiago y Juan un solo hombre?

Su analogía pone de manifiesto el dilema de la Trinidad: Pedro, Santiago y Juan comparten la misma naturaleza humana; sin embargo, naturalmente los llamamos tres hombres, no un solo hombre. Entonces, cuando se aplica el mismo razonamiento a la Trinidad, ¿por qué no se puede hablar de «tres Dioses»? El propio Gregorio afirma que la pregunta es «muy difícil de abordar» y reconoce que el argumento parece obligarnos a elegir entre negar la divinidad del Hijo y del Espíritu o afirmar que «hay tres Dioses».

Gregorio continúa argumentando que el lenguaje común es, en realidad, impreciso cuando llama a Pedro, Santiago y Juan «tres hombres». Puesto que «hombre» se refiere propiamente a la naturaleza humana que comparten, la naturaleza misma permanece siendo una a pesar de la pluralidad de personas. En otras palabras, filosóficamente hablando, el «hombre» en Pedro, Santiago y Juan es uno. Pero el lenguaje común, evidentemente, no llama a Pedro, Santiago y Juan un solo hombre. Los llama tres hombres.

Gregorio va aún más lejos al argumentar que los seres humanos realizan acciones separadas: Pedro puede hacer algo independientemente de Santiago y Juan. El Padre, el Hijo y el Espíritu, sin embargo, nunca realizan operaciones divinas separadas. Toda acción divina procede del Padre, por medio del Hijo, y es perfeccionada en el Espíritu. Sobre esta base, Gregorio rechaza llamarlos «tres Dioses». Aunque rechazó enfáticamente el triteísmo, reconoció, no obstante, el dilema subyacente: una naturaleza compartida por tres personas distintas no explica, por sí sola, por qué debemos decir «un solo Dios» en lugar de «tres Dioses».

Eso es lo que hace tan reveladora la carta de Gregorio. La simple afirmación de que «tres personas comparten una sola esencia» no era suficiente ni siquiera para uno de los grandes arquitectos de la teología trinitaria. Él reconoció que la fórmula parece permitir precisamente la conclusión que pretendía evitar —tres Dioses— y que, por tanto, se necesitaban argumentos filosóficos adicionales para descartarla.

Por último, y quizá aún más importante, Gregorio no desestimó la pregunta sin más, ni mucho menos condenó a un colega obispo por plantearla. Por el contrario, tomó en serio el dilema e intentó responderlo. Este hecho, por sí solo, es significativo para los cristianos posteriores que han luchado con la misma pregunta, y especialmente para quienes, a la luz de lo que enseñan las Escrituras, finalmente rechazan la solución trinitaria al dilema.

El sexualmente inmoral no heredará el reino

La ética sexual de la Biblia no comienza con Levítico, sino con la creación misma. Dios creó a la humanidad “varón y hembra” (Gén. 1:27), creó a la mujer para el hombre y estableció su unión como el modelo en el cual “los dos serán una sola carne” (Gén. 2:18–24). Sobre ese trasfondo de la creación, Levítico 18:22 llama a las relaciones sexuales entre hombres una “abominación”, mientras que el capítulo condena otras prácticas sexuales, incluyendo el incesto, el adulterio y la bestialidad, como violaciones de los límites establecidos por Dios (Lev. 18:6–23, 26–30; cp. Lev. 20:10–16).

Jesús mismo apela directamente al relato de la creación en Génesis al definir el matrimonio en Mateo 19:4–6 y Marcos 10:6–9: “El que los creó desde el principio, varón y hembra los hizo.” Por lo tanto, Jesús fundamenta el matrimonio y la unión sexual de “una sola carne” no meramente en normas legales posteriores, sino en la creación original de Dios como varón y hembra.

Pablo igualmente apela a este orden creado en Romanos 1:26–27. Describe las relaciones sexuales entre personas del mismo sexo como un intercambio de las relaciones “naturales” por aquellas “contra naturaleza”, con mujeres que cambian las relaciones sexuales naturales y hombres que igualmente abandonan las “relaciones naturales con la mujer”. Su lenguaje refleja la distinción entre varón y hembra establecida en Génesis, en lugar de tratar la moralidad sexual como una mera convención cultural. En otros pasajes, incluye a quienes practican conducta sexual entre personas del mismo sexo entre aquellos que, junto con otros que practican inmoralidad sexual, “no heredarán el Reino de Dios” (1 Cor. 6:9–10; cp. 1 Tim. 1:9–10). Sin embargo, inmediatamente recuerda a los corintios: “Y esto eran algunos de ustedes. Pero fueron lavados, fueron santificados” (1 Cor. 6:11).

Por lo tanto, las relaciones sexuales entre personas del mismo sexo contradicen el orden original de la creación de Dios, el cual estableció la unión sexual de “una sola carne” entre hombre y mujer (Gén. 1:27; 2:18–24; Lev. 18:22; Mat. 19:4–6; Rom. 1:26–27). La Escritura advierte que quienes persisten sin arrepentirse en la inmoralidad sexual no heredarán el futuro Reino de Dios, mientras que al mismo tiempo ofrece arrepentimiento, perdón y una vida transformada, “lavada” y “santificada”, en el Mesías Jesús (1 Cor. 6:9–11; Gál. 5:19–21; Ef. 5:5–8).

То, что называется мужеством

Barbara Buzzard

Трудный вопрос имеет огромную ценность. Он заставляет нас сосредоточиться на том, как мы бы на него ответили. И он может побудить нас честно и серьезно над ним задуматься. Наша христианская жизнь никогда не предполагалась легкой.

Мужество наших убеждений

Я пишу о мужестве не потому, что считаю себя мужественной, а потому, что знаю свою слабость в этой области. Это один из тех трудных вопросов, которые мне приходится задавать самой себе. Очень отрезвляет осознание того, что в книге Откровение трусы названы первыми среди тех, кто будет брошен в озеро огненное. Бога невозможно обмануть или осмеять. Он ненавидит трусость, и мы тоже должны ненавидеть ее, особенно собственную. Важный богословский урок для всех нас состоит в том, что мы должны ненавидеть то, что ненавидит Бог, и любить то, что любит Он.

Я замечаю, что перевод KJV затушевывает слово «трус», даже не употребляя его, а смягчая значение словами вроде «робкий» или «малодушный». И все же в Писании погибающие называются трусами. Следовательно, трусость в Писании — это очень серьезная вещь. О Боге сказано, что Он не благоволит к тому, кто отступает.¹

Как мы вообще можем устоять перед всем тем, что мир бросает на нас, — перед всем тем, чем нас постоянно кормят влиятельные голоса вокруг нас, — если у нас нет мужества стоять за свои убеждения?

Мужество встречается редко — чрезвычайно редко. Кажется, что у всех нас есть склонность к трусости. Возможно, в глубине души мы все трусливы. Но мы не должны такими оставаться. Как христиане, мы не имеем на это права. Быть робким в вере — не вариант! Быть частью стада — не вариант. Возможно, одна из величайших лжей сатаны состоит именно в том, чтобы скрыть от нас тот факт, что мужество необходимо.

Подумайте, что делает страх: «Страх перед мнением людей лишает способности действовать»² (The Message). Как говорит Писание, страх перед человеком — это сеть, ловушка: мы оказываемся пленниками того, что думают о нас другие. И все же более 500 раз нам говорится: не бойтесь. Страх парализует, сковывает и дает нам оправдание не делать того, что мы должны делать. Он подобен кислоте, которая разъедает нас и делает неспособными действовать.

Опасные уклонения

Мужество не проявляется в сохранении status quo и мира любой ценой. Мужество — это вовсе не «держать голову опущенной». Я уверена, что Иисус не одобрил бы того, чтобы мы влачили жизнь с опущенной головой.

Согласно Писанию, мы входим через узкие врата (Матф. 7:13), но некоторые постоянно, настойчиво и агрессивно пытаются эти узкие врата расширить. Библия не позволяет расширять узкие врата, как бы сильно нас ни бомбардировали призывами быть более «включающими».

Пасторы здесь подвергаются особой опасности, поскольку на них давит необходимость «сохранять мир» и поддерживать равновесие в группе. Но, как однажды сказал нам один человек: «Мой пастор куплен и оплачен». То есть пастор не пойдет против того, что его старейшины велят ему говорить или не говорить. А значит, он не может проповедовать Истину, если только она не приемлема для них. Следовательно, и пасторам приходится трудиться над преодолением трусости и развитием мужества.

Мы не должны…

Одна из самых серьезных обязанностей христианина — различать добро и зло. Писание очень сильно и неоднократно подчеркивает, что мы не должны называть зло добром, а добро злом. Способность различать и судить, что добро, а что зло, по-видимому, является необходимой частью нашего характера.

Одна из самых серьезных обязанностей христианина — распознавать, когда ему лгут. Зло, которое выглядит «нейтральным», «терпимым» или «необходимым», должно быть распознано как то, чем оно является на самом деле: злом. Мы должны серьезно отнестись к настойчивому требованию Писания и фактически к его заповедям не называть зло добром, а добро злом.

Когда я впервые увидела, насколько важна эта тема в Писании, я была по-настоящему поражена: «Оправдывающий нечестивого и обвиняющий праведного — оба мерзость пред Господом».³ Мы не должны оказаться среди таких людей. Это наставление повторяется не один раз.⁴ Слово «мерзость» очень сильное. Такого поведения не должно быть у христианина. «Блажен тот, кто не осуждает себя в том, что одобряет». Пожалуйста, задумайтесь над этими словами.

Но подождите! Здесь возникает дилемма. И общество, и многие христианские лидеры говорят нам, что судить — это именно то, чего мы не должны делать! Если есть что-то более известное, чем повсеместное «Не судите», я не знаю, что это. Вместе с этим звучит и небиблейское: «Кто я такой, чтобы судить?»

Творить справедливость

Рассмотрим следующие слова Писания: «Не судите, и не будете судимы».⁵ Вы услышите их снова и снова. И ведь это слова Иисуса!

Но намерение Иисуса состоит в том, чтобы мы судили правильно, а не в том, чтобы мы вообще никогда не давали нравственной оценки. Иисус предупреждает против самоправедности и лицемерия. Замечали ли вы, что те, кто говорит, будто нельзя судить, сами при этом выносят суждение?

Мы должны судить, чтобы различать истинное и ложное. Мы не считаем, что Иисус говорил одно, а делал другое. Всего через несколько стихов после слов «не судите» Иисус говорит не бросать жемчуг перед свиньями, что, конечно же, требует определить, кто именно является «свиньями».

Подумайте: в каком нравственном и этическом вакууме вы оказываетесь, если отказываетесь судить? И какая катастрофа произойдет, если мы неправильно поймем Иисуса? А мы именно это и сделали.

Мысль о том, что нельзя судить между Истиной и заблуждением, привела бы к своего рода умственной анемии и, что еще серьезнее, к отказу от самой Истины.

Может быть, мы просто все поняли неправильно? Популярная культура вместе со многими церковными лидерами отмахнулась от Божьего требования различать и судить. Но в действительности справедливость связана с любовью. Любовь к справедливости и желание участвовать в ней естественно проистекают из ненависти ко злу, которую нам прямо заповедано иметь: «Ненавидьте зло и любите добро».⁶

Согласно Римлянам 12:9, ненависть ко злу является признаком истинного христианина. И, обратите внимание, она невозможна без предварительного суждения о том, что именно является злом.

Вся Библия — это книга о том, как судить. Она говорит нам, что добро, а что зло, что правильно, а что неправильно, что нравственно, а что безнравственно, что следует практиковать, а чего избегать.

Творить справедливость — это не запрещенное, гневное или агрессивное поведение. Напротив, это идет рука об руку со смирением и любовью к милости. Это совсем не означает быть жестоким, нелюбящим или обвиняющим.

«Чего требует от тебя Господь? Только действовать справедливо, любить милость и смиренно ходить пред Богом твоим».⁷

Является ли суд нравственной обязанностью?

Один автор⁸ отмечает, что именно в вопросе гомосексуальности многие христиане начинают отступать и пытаются найти гармонию между христианским взглядом и взглядом мира. Такой гармонии не существует. Невозможно благословить обе стороны.

Он приводит пример: невозможно одновременно стоять на земле и стоять на луне. Когда человек соглашается с нравственными нормами общества, он автоматически оставляет христианскую позицию, потому что эти две позиции прямо противостоят друг другу.

Попытки умиротворить, гармонизировать, смягчить или использовать небиблейскую отговорку, будто нам нельзя судить по таким вопросам, открывают нас для обвинения в трусости.

Почему? Потому что в этот момент мы идем на компромисс с Писанием ради соответствия современному мышлению.

Трудный вопрос: Чего требует от вас ваша вера? Какова здесь ваша нравственная обязанность?

К сожалению, мы дошли до такого момента, когда это приходится произносить вслух: противостоять злу — не зло.

Не судить означает фактически давать разрешение состоянию, ситуации или поведению, которые Библия осуждает.

Если задуматься, проблема людей на самом деле не в самом факте суждения. Проблема возникает тогда, когда суждение отрицательное.

Например, почти никто не возмутится, если вы скажете что-нибудь положительное о поведении другого человека, хотя вы тем самым уже вынесли суждение. Положительная оценка считается допустимой. Но как только суждение неодобрительное, тут же звучит: «Мы не должны судить».

Как нам необходимо снова и снова тренироваться в различении, так же нам нужно тренироваться в правильном суждении. Подумайте об олимпийских спортсменах и о бесчисленных часах, которые они посвящают тренировкам.

Как мы сможем подготовиться к огромной ответственности и награде — судить людей и даже ангелов в Царстве? Мы должны упражняться в здравом суждении уже в этой жизни, чтобы возрастать в мудрости и однажды применять эту мудрость в будущем Царстве.

Писание показывает, что мы поступали неправильно, когда отказывались судить заблуждение. И мы также поступали неправильно, когда не судили самих себя.⁹

Чтобы меня не услышали неправильно и не истолковали неверно, пожалуйста, помните:

• Поверхностное суждение неправильно.
• Лицемерное суждение неправильно.
• Жестокое, непрощающее суждение неправильно.
• Судить мотивы другого человека неправильно.
• Судить, спасен ли другой человек, неправильно.

Мы должны быть «всегда кроткими ко всем».¹⁰ Возможно, самое важное здесь то, что все это должно совершаться со смирением и любовью.

Большой сюрприз

Один из величайших подарков, который родители могут дать своим детям, — показать им словом и примером, что отличаться от большинства — это благо.

Было бы благословением буквально укоренить у них в голове мысль, что хорошо быть не такими, как остальной мир, хорошо стоять отдельно от толпы. Я знаю, что это очень трудно, потому что огромное давление заставляет нас быть такими же, как все.

Наша культура высоко ценит соответствие большинству. Наш Бог — нет!

Нам не только запрещено вести себя так, как ведут себя все остальные. Планка поднята еще выше, и нам говорится: «Не думайте так, как думают все остальные».¹¹

Сила характера проявляется в способности идти против толпы.

А вот и сюрприз: «Слово святой вовсе не означает прежде всего “религиозный”. По существу оно означает “отличающийся”. Оно говорит о чем-то или о ком-то особенном, отделенном и отличном».¹²

В нашем стремлении к жизни — или, как говорит наша Конституция, к счастью — мы не должны, мы не смеем усваивать взгляды и пути тех, кто не почитает Бога.

«Для Израиля быть народом Яхве означало также быть отличающимся. Когда Бог сказал: “Будьте святы, потому что Я, Господь Бог ваш, свят”, в повседневном смысле это означало: “Вы должны быть другим народом, потому что Я — другой Бог”… Израиль должен был быть одной из наций среди других наций, но он должен был быть святым, то есть отличающимся от остальных народов».¹³

Быть в большинстве может быть очень опасно. Никогда не будем забывать, что именно большинство, толпа, распяла Иисуса!

АБОРТ и нравственная ясность

Несколько чрезвычайно трудных вопросов: может ли хороший человек благословлять зло? Может ли христианин благословлять зло?!

Я снова повторю: мне самой постоянно приходится бороться с трусостью. Я не выставляю себя образцом. Но я МОГУ видеть, где мужества НЕТ.

Мужество отсутствует в любой церкви, которая отказывается выступать против ужаса абортов. Нет никаких оснований в защиту аборта.

Я чувствую обязанность упоминать это всякий раз, когда говорю или пишу, потому что аборт — это «самая значительная, серьезная и ужасная реальность в истории мира».¹⁴

Я должна противостоять этому злу.

Аборт — не просто грех; это убийство. До чего мы дошли, если не можем или не желаем сказать, что аборт — это убийство, что это грех и, возможно, один из самых тяжких грехов, которые человек способен совершить?

Что должны говорить христиане об этом величайшем нравственном зле?

Когда-то верующие проводили твердые границы и не переходили их. Но теперь кажется, будто это осталось в прошлом.

Произошло следующее: в церквах основной акцент делается на том, чтобы люди чувствовали себя принятыми и любимыми, что, конечно, важно. Но исчезло другое проявление любви — помочь человеку увидеть зло этого мира, предупредить его, чтобы он услышал, устрашился и осознал собственную греховность ради покаяния.

Изменился сам тон, и это свидетельствует об огромной перемене в философии церковной жизни.

Многие пасторы решили не выступать против ужаса абортов; они колеблются и не хотят вмешиваться. Меня поражают слова из Исаии: «Не просите меня вмешиваться» (Ис. 2:7б). Разве это не звучит современно?

«Все они [твои руководители]… отказываются защищать сирот и вдов» (Ис. 1:23б).

Я не могу не спросить: если пасторы не будут стоять за невинных, кто должен?

И разве не правда, что несколько честных слов могут изменить направление всей жизни человека?

Может быть, принятие и терпимость¹⁵ даже самой мысли об аборте указывают на испорченность ума? Вспомним нашу историю поклонения Молоху.

Продолжающийся грех притупляет разум и совесть.

Не может ли быть так, что сам ужасающий акт аборта является уже формой суда?

Послушайте слова человека, который стоял у истоков культуры абортов в США. Он контролировал и осуществлял десятки тысяч абортов. После покаяния он назвал свою прежнюю жизнь нравственной грязью и признался в том, что придумывал и распространял ложь, использованную в деле Roe v. Wade. Все дело было построено на лжи. Ложь характерна для зла.

Bernard Nathanson говорил, что погрузился в бесстыдное нравственное разложение. Вот как он описывает свой путь в сатанинский мир аборта:

«Когда я оглядываюсь на те 25 лет, которые отделяют меня от отвратительной вакханалии, разыгрывавшейся над телами беременных женщин и их убитых детей, меня поражает нравственный и духовный вакуум, находившийся в самом центре всей этой чудовищной деятельности. И все же происходящее было настолько очевидно грязным. Почему мы не смогли увидеть связь между этическим и нравственным, между низкими методами и низкими практиками, между очевидной жадностью и бессердечными мотивами, между пошлостью всего предприятия и его участниками, между всеми этими этическими показателями и чудовищной безнравственностью самого действия?»¹⁶

Греческое слово brephos используется в Писании как для ребенка в утробе, так и для ребенка вне утробы. Разницы нет. Нерожденные дети не являются чем-то одноразовым. Библия безусловно признает жизнь в утробе.

С библейской точки зрения те, кто не выступает против греха аборта, так же виновны, как и те, кто непосредственно совершает убийство. Не является ли обратное мнение богословским искажением?

Я спешу добавить, что покаяние и чудесное Божье прощение распространяются на всех, кто был причастен к аборту и искренне покаялся.

Тишина, пожалуйста… ИЛИ НЕТ!

Может ли молчание стать нарушением нашей веры? Имеем ли мы право не замечать убийство или другое зло среди нас?

Разум и речь — Божьи дары, позволяющие нам мыслить. Немногое опаснее для христианина, чем равнодушие.

Равнодушие — качество Лаодикии, которое не угодно Богу и несет в себе серьезную опасность. Нам сказано не быть теплыми — лучше быть либо горячими, либо холодными. То же относится и ко злу.

Как можно оставаться равнодушным к убийству невинной жизни через аборт?

Да, в нашей стране человек имеет право хранить молчание. Но я утверждаю, что христианин такого права не имеет.

Почему?

Потому что, как учил Martin Luther King: «Наша жизнь начинает заканчиваться в тот день, когда мы замолкаем о вещах, которые действительно имеют значение».¹⁷

Эта архитектура молчания небиблейская.

Как мы должны следить за собой и своим учением, так мы должны следовать и этому совету: «Во всяком случае, я должен смотреть за тем, чтобы не оказывать поддержки тому злу, которое сам осуждаю».¹⁸

Мы начинаем оказывать поддержку злу, если отказываемся говорить против него.

Перед нами очень сильный образ: «И даже перед лицом этой мерзости церкви Америки, пасторы Америки молчат. Где крик возмущения? Где негодование Божьего народа?»¹⁹

Возможно ли под Божьим небом оправдать или защищать уничтожение шестидесяти миллионов невинных жизней? Или хотя бы одной?!

Все мы знаем людей, которые навязывают свое мнение другим. Я говорю не о них. Я говорю о людях, центром жизни которых является Иисус.

Разве люди не должны знать, во что мы верим и насколько горячо мы в это верим?

«В конце концов мы будем помнить не слова наших врагов, а молчание наших друзей».²⁰

Это одни из самых глубоких слов, когда-либо сказанных:

«Молчание перед лицом зла само является злом; Бог не сочтет нас невиновными. Не говорить — значит говорить. Не действовать — значит действовать».²¹

Заключение

Мы должны вырабатывать такие привычки, которые не позволят нам стать жертвами тех, кто пытается нас обмануть.

По мере того как наш мир все дальше отходит от Библии, нам становится все важнее иметь мужество стоять за свои убеждения.

Бог хочет от нас намного большего, чем просто хорошие дела. Он хочет нашего активного участия в вере. Он хочет нашего посвященного разума, нашей горячей защиты Истины.

Божий народ должен реагировать. Мы должны делиться тем пониманием, к которому приходим, упражняясь в различении и критическом осмыслении этих вопросов.

Божьему народу правильно возвышать голос против безбожных тенденций. Правильно участвовать в срочной борьбе за спасение нерожденных жизней, созданных по образу Бога.

Делать меньше означало бы сдаться; это была бы капитуляция перед «лукавым».

Повторю еще раз: никогда не предполагалось, что все будет легко.

Битва за Истину уже идет, и мы должны участвовать в ней.

И вот еще один трудный вопрос:

Каково твое участие в вере?

И последний трудный вопрос:

Если у нас нет той же веры, что была у Иисуса, какой в этом вообще смысл?

Церкви способны создавать системы верований, которые кажутся работающими. Но когда их сравниваешь с Иисусом, они оказываются настолько далекими от него, что Иисус даже не признает их.

Нам необходимо постоянно бодрствовать и сравнивать свою веру с учением Иисуса. У нас нет права заменять то, что Иисус назвал величайшей заповедью, чем-то другим.

Мы призваны быть свидетелями, а это означает больше, чем просто видеть. Это означает говорить.

Говорить необходимо, потому что это один из способов охранять Истину. Свидетельство не является чем-то необязательным. Честность требует от нас говорить.

Нам не позволено уклоняться от трудных вопросов.

Молчание неприемлемо.

Мы должны быть «угодны пред очами Его». Помните мысль, выраженную в Псалме 19:14:

«Да будут угодны слова уст моих и размышление сердца моего пред Тобою, Господи».

Я закончу вот чем.

Один из самых практических способов применять Истину — учить других быть справедливыми, мудрыми, рассудительными и активными в вере.

Иуда 3:

«Я счел необходимым написать вам с увещанием подвизаться за веру, однажды навсегда переданную святым».

Итог прост: трусы не подвизаются за веру!

Будем же идти вперед с мужеством.

сноски

¹ Евр. 10
² Прит. 28:25

³ Прит. 17:15; также Прит. 24:24; Ис. 5:20; Мал. 2:17
⁴ Рим. 14:22б
⁵ Матф. 7:1
⁶ Амос 5:15а
⁷ Мих. 6:8

⁸ Matt Walsh, Church of Cowards
⁹ Иоан. 7:24: «Не судите по наружности, но судите судом праведным»; Рим. 16:17; Лук. 7:43б: «И Иисус сказал ему: правильно ты рассудил»
¹⁰ Тит. 3:2
¹¹ Ис. 8:11
¹² Knowing Jesus through the Old Testament, с. 203
¹³ Там же

¹⁴ R. C. Sproul
¹⁵ Слова «толерантность» и «терпимость» не употребляются в Писании как нравственные добродетели в современном смысле. Сегодня толерантность обычно считается чем-то безусловно хорошим, однако это не соответствует библейским нормам. Слово «терпимее» встречается, например, в связи с Содомом.

¹⁶ Dr. Bernard Nathanson, The Hand of God

¹⁷ Martin Luther King
¹⁸ Thoreau, Civil Disobedience
¹⁹ Dr. Laurence White, The Sin of Silence
²⁰ Martin Luther King
²¹ Bonhoeffer